Неточные совпадения
С своей супругою дородной
Приехал толстый Пустяков;
Гвоздин, хозяин превосходный,
Владелец нищих мужиков;
Скотинины, чета седая,
С детьми всех
возрастов, считая
От тридцати до двух годов;
Уездный франтик Петушков,
Мой брат двоюродный, Буянов,
В пуху, в картузе с козырьком
(Как вам, конечно, он знаком),
И отставной советник Флянов,
Тяжелый сплетник, старый плут,
Обжора, взяточник и шут.
Любви все
возрасты покорны;
Но юным, девственным сердцам
Ее порывы благотворны,
Как бури вешние полям:
В дожде страстей они свежеют,
И обновляются, и зреют —
И жизнь могущая дает
И пышный цвет, и сладкий плод.
Но в
возраст поздний и бесплодный,
На повороте наших лет,
Печален страсти мертвой след:
Так бури осени холодной
В болото обращают луг
И обнажают лес вокруг.
При ней как-то смущался недобрый человек и немел, а добрый, даже самый застенчивый, мог разговориться с нею, как никогда в жизни своей ни с кем, и — странный обман! — с первых минут разговора ему уже казалось, что где-то и когда-то он знал ее, что случилось это во дни какого-то незапамятного младенчества, в каком-то родном доме, веселым вечером, при радостных играх детской толпы, и надолго после того как-то становился ему скучным разумный
возраст человека.
— Ничего, ничего, совершенно ничего, — говорил Чичиков. — Может ли что-нибудь невинный ребенок? — И в то же время думал про себя: «Да ведь как метко обделал, канальчонок проклятый!» — Золотой
возраст! — сказал он, когда уже его совершенно вытерли и приятное выражение возвратилось на его лицо.
Бог знает до какой бы громадной цифры не
возросли благодатные суммы, если бы какой-то нелегкий зверь не перебежал поперек всему.
Участие мужиков
возросло до невероятной степени.
— А ведь точно, — сказал хозяин, обратившись к Чичикову, тоже с приятной улыбкой, — что может быть завидней ребяческого
возраста: никаких забот, никаких мыслей о будущем…
Потом, уже достигнув зрелого
возраста, прочла она несколько книг содержания романтического, да недавно еще, через посредство господина Лебезятникова, одну книжку «Физиологию» Льюиса [«Физиология» Льюиса — книга английского философа и физиолога Д. Г. Льюиса «Физиология обыденной жизни», в которой популярно излагались естественно-научные идеи.] — изволите знать-с? — с большим интересом прочла, и даже нам отрывочно вслух сообщала: вот и все ее просвещение.
Наконец, беспокойство ее
возросло до крайних пределов.
Когда же тот умер, ходил за оставшимся в живых старым и расслабленным отцом умершего товарища (который содержал и кормил своего отца своими трудами чуть не с тринадцатилетнего
возраста), поместил, наконец, этого старика в больницу, и когда тот тоже умер, похоронил его.
А тем временем
возросла и дочка моя, от первого брака, и что только вытерпела она, дочка моя, от мачехи своей,
возрастая, о том я умалчиваю.
Он даже шел теперь делать пробу своему предприятию, и с каждым шагом волнение его
возрастало все сильнее и сильнее.
Положимте, что так.
Блажен, кто верует, тепло ему на свете! —
Ах! боже мой! ужли я здесь опять,
В Москве! у вас! да как же вас узнать!
Где время то? где
возраст тот невинный,
Когда, бывало, в вечер длинный
Мы с вами явимся, исчезнем тут и там,
Играем и шумим по стульям и столам.
А тут ваш батюшка с мадамой, за пикетом;
Мы в темном уголке, и кажется, что в этом!
Вы помните? вздрогнём, что скрипнет столик,
дверь…
Она вскормила их собственною грудью, она
возрастила, взлелеяла их — и только на один миг видит их перед собою.
Когда б, укрытое в лесу, ты
возрастало,
Тебе б вредить ни зной, ни ветры не могли,
Тебя бы старые деревья берегли...
Тогда в свою чреду, ты столько б
возросло,
Усилилось и укрепилось,
Что нынешней беды с тобой бы не случилось,
И бурю, может быть, ты б выдержать могло...
Он говорил, что «нормальное назначение человека — прожить четыре времени года, то есть четыре
возраста, без скачков, и донести сосуд жизни до последнего дня, не пролив ни одной капли напрасно, и что ровное и медленное горение огня лучше бурных пожаров, какая бы поэзия ни пылала в них».
Редко судьба сталкивала его с женщиною в обществе до такой степени, чтоб он мог вспыхнуть на несколько дней и почесть себя влюбленным. От этого его любовные интриги не разыгрывались в романы: они останавливались в самом начале и своею невинностью, простотой и чистотой не уступали повестям любви какой-нибудь пансионерки на
возрасте.
Покоя рабского под сенью
Плодов златых не
возрастет;
Где все ума претит стремленью,
Великость там не прозябет.
Если же всегда пребудут няньки и опекуны, то ребенок долго ходить будет на помочах и совершенный на
возрасте будет каляка.
Вода между тем в судне умножалася, и труд наш,
возрастая в отливании оной, утомлял силы наши приметно.
Прияв сей смрадный яд в тело мое в совершенном
возрасте, затверделость моих членов противилася его распространению и борется с его смертоносностию.
Госпожа Ш… — витязь в своем роде не последний, 62 лет, вдова с 25-летнего своего
возраста.
Взирая на плачущего старца, жены возрыдали; со уст юности отлетела сопутница ее, улыбка; на лице отрочества явилась робость, неложный знак болезненного, но неизвестного чувствования; даже мужественной
возраст, к жестокости толико привыкший, вид восприял важности.
— На семнадцатом году
возраста молодого моего барина отправлен был он и я в чужие краи с надзирателем, коему предписано было меня почитать сопутником, а не слугою.
Единое в том тебе утешение да будет, воспоминая, что и сын сына твоего возлюбит отца до совершенного только
возраста.
Желал лучше, чтобы на мгновение тело ваше оскорбилося преходящею болью, нежели дебелы пребудете в
возрасте совершенном.
Не потом ли, не слезами ли и стенанием утучнялися нивы, на которых оный
возрос?
Блажен! что в
возрасте, когда волнение страстей изводит нас впервые из нечувствительности, когда приближаемся степени возмужалости, стремление его обратилося к познанию вещей.
Лучше бы мне было
возрасти в невежестве, не думав никогда, что есмь человек, всем другим равный.
Не щадили они ни пола, ни
возраста.
Пред ним стояли два юноши,
возраста почти равного, единым годом во времени рождения, но не в шествии разума и сердца они разнствовали между собою.
Она отдала девочку кормилице, отпустила ее и открыла медальон, в котором был портрет Сережи, когда он был почти того же
возраста, как и девочка.
Но Кити не слушала ее слов. Ее нетерпение шло так же
возрастая, как и нетерпение ребенка.
Более всего его при этом изумляло и расстраивало то, что большинство людей его круга и
возраста, заменив, как и он, прежние верования такими же, как и он, новыми убеждениями, не видели в этом никакой беды и были совершенно довольны и спокойны.
Она встала и, сняв шляпу, взяла на столике альбом, в котором были фотографические карточки сына в других
возрастах.
Николай Петрович родился на юге России, подобно старшему своему брату Павлу, о котором речь впереди, и воспитывался до четырнадцатилетнего
возраста дома, окруженный дешевыми гувернерами, развязными, но подобострастными адъютантами и прочими полковыми и штабными личностями.
Пользовался отличным здоровьем до пятидесятилетнего
возраста, да вдруг вздумал лечить себе глаза, вследствие чего и окривел.
В улицах, образованных телегами, толпились люди всякого звания,
возраста и вида: барышники, в синих кафтанах и высоких шапках, лукаво высматривали и выжидали покупщиков; лупоглазые, кудрявые цыгане метались взад и вперед, как угорелые, глядели лошадям в зубы, поднимали им ноги и хвосты, кричали, бранились, служили посредниками, метали жребий или увивались около какого-нибудь ремонтера в фуражке и военной шинели с бобром.
Представьте себе человека высокого и когда-то стройного, теперь же несколько обрюзглого, но вовсе не дряхлого, даже не устарелого, человека в зрелом
возрасте, в самой, как говорится, поре.
Да, все это было интересно, и Клим чувствовал, как
возрастает в нем жажда понять людей.
Количество таких воспоминаний и вопросов
возрастало, они становились все противоречивей, сложней. Чувствуя себя не в силах разобраться в этом хаосе, Клим с негодованием думал...
— Да, он глуп, но — в меру
возраста. Всякому
возрасту соответствует определенная доза глупости и ума. То, что называется сложностью в химии, — вполне законно, а то, что принимается за сложность в характере человека, часто бывает только его выдумкой, его игрой. Например — женщины…
«Я не Питер Шлемиль и не буду страдать, потеряв свою тень. И я не потерял ее, а самовольно отказался от мучительной неизбежности влачить за собою тень, которая становится все тяжелее. Я уже прожил половину срока жизни, имею право на отдых. Какой смысл в этом непрерывном накоплении опыта? Я достаточно богат. Каков смысл жизни?.. Смешно в моем
возрасте ставить “детские вопросы”».
Поэтому я с глубоким огорчением выслушал вашу литературно остроумную, но политически, безусловно, вредную попытку как-то оправдать Распутина именно в то время, когда его гнусное, разрушающее влияние
возрастает.
«В нем есть что-то театральное», — подумал Самгин, пытаясь освободиться от угнетающего чувства. Оно
возросло, когда Дьякон, медленно повернув голову, взглянул на Алексея, подошедшего к нему, — оплывшая кожа безобразно обнажила глаза Дьякона, оттянув и выворотив веки, показывая красное мясо, зрачки расплылись, и мутный блеск их был явно безумен.
— В моем
возрасте мало веселого.
Она точно застыла в
возрасте между шестым и седьмым десятком лет, не стареет, не теряет сил.
Количество таких людей
возрастало.
Кутузов зашипел, грозя ему пальцем, потому что Спивак начал играть Моцарта. Осторожно подошел Туробоев и присел на ручку дивана, улыбнувшись Климу. Вблизи он казался старше своего
возраста, странно белая кожа его лица как бы припудрена, под глазами синеватые тени, углы рта устало опущены. Когда Спивак кончил играть, Туробоев сказал...